?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Курск кенәзлектә ике бистәне татар баскагы Әхмәт тарафыннан нигезләнүе

Смирнов П.П. Посадские люди и их классовая борьба до середины XVII века. Т. I. – М.–Л.: Изд-во АН СССР, 1947. – С. 44–47.
 
После завоевания южной Руси татары стали заводить свое земледельческое хозяйство при помощи русских людей. Последних они обязывали сеять на себя пшеницу и просо, за что обещали им покровительство и защиту от князей и бояр, их прежних владельцев. Так, в Галицко-Волынском и Киевском княжествах во второй половине XIII в. возникло широкое антифеодальное движение так называемых «татарских людей», которых татары иногда могли селить заново в опустошенных ими местах: «да им орють пшеницю и проса». На таких же основаниях, вероятно, возникли или «задались» за татар несколько городков, которые оказали отчаянное сопротивление князю Даниилу, стремившемуся вырвать с корнем это опасное движение . Движение «людей татарских» охватило не только бассейны верхнего Буга (Южного), Случи и Тетерева, но также всю южную Киевщину, вероятно с окрестностями Киева, а на левом берегу Днепра — Переяславщину и, может быть, южную часть Черниговской земли. Этим движением объясняется, между прочим, почему в Киеве и Переяславле после татарского погрома более не видно князей из Рюрикова дома.

К этому движению надо относить и основание баскаком Ахматом в 1284 г. в Курской области, в отчине князя рыльского и воргольского Олега и липецкого князя Святослава, двух слобод, в которые, можно сказать, хлынуло население русских областей, гонимое, с одной стороны, тяжестью феодальной эксплуатации бояр и князей, усугубленного поборами в пользу хана, и привлекаемое широкими льготами и заступой баскака, с другой. — «Сей же баскак Ахмат откупаше у Татар дани всякиа в Курском княжении, и теми даньми многу тягость творяше князем и чръным людем в Курском княжении. Еще к тому сътвори себе две великиа слободы в княжении Олга князя Рылского и Ворголского и Святослава Липецкаго, и созва отвсюду людей много, и бысть им от него вся, еже кто хотяше, и заборонь отвсюду велика. И тако умножишася людие в слободах тех, и быша тамо торгы и мастеры всякиа, и быша те велики две слободы якоже грады великиа». 

Люди из слобод, пользуясь защитой баскака, «исхожаху «с тех слобод и насилие и обиду творяху многу в Курском княжении, и около Горгола, и около Рылска и около Липецка, все пусто сотвориша». Со своей стороны, князья Олег и Святослав также грабили слобожан: «бываше же и разбои от них в слободах тех Ахматозых, баскака Курского княжениа». С общего совета, Олег поехал «с жалобою ко царю своему Телебузе». Царь Телебуга дал ему своих приставов «те слободы разорити, а люди слобод тех вывести в свою власть», возможно, учитывая нарушение Ахматом общего правила: при заведении слобод не принимать в них людей того княжения, в котором слободы ставились. Святослав между тем, не дожидаясь возвращения своего родственника Олега, «много пограбил» слободы и, в свою очередь, поехал в Орду жаловаться на Ахмата. Вернувшись с татарскими приставами, «повелеша князи людем своим пограбити обе те слободы, и иных избиша, а иных плениша и поковаше их у себя, а свои люди выведоша в свои отчины».

Баскак Ахмата это время был в Орде у хана Ногая. Услышав о разграблении своих слобод, он «оскорбися зело» и «оклевета ко царю Ногаю» курских князей, заявляя, что «князь Олег и сродник его князь Святослав Липечьский точию именем князи, а делом разбойници, а тебе царю супро
тивни и ратни суть». Ногай потребовал князей к себе через своих сокольников, и тогда выяснилось, что Ахмат был прав. Олег не пошел к Ногаю: «боаше бо ся, аще бо и сам не грабил слобод тех, но людие его творяху разбои в слободах тех, а сродник его князь Святослав Липечьскый не по совету Олгову нощию прихожаше на слободы те и разбиваше…, и про то разбойники зваша». Разгневанный Ногай послал с Ахматом князя Темира с татарами и приказал им опустошить княжество Олега и выдать его бояр головой Ахмату. Князь Олег с женой и детьми бежал к Телебуге в Орду; князь Святослав «с всеми боары своими» скрылся в Рязань в воронежские леса, и татары не могли их догнать. Двадцать дней они опустошали Курское княжение. 13 старейших бояр курских, а также немецкие и цареградские гости, захваченные в княжестве, в оковах были выданы Ахмату, и слободы его восстановлены; «а слободы те наплъниша людей и скота всякого я всего богатства Ворголскаго и Рылскаго и Липовечьскаго». Немецких и цареградских гостей отпустили и отдали им их товар; бояр же, вероятно, как главных виновников борьбы против слобод, Ахмат «изби и по древию извеша».

Оставивши в слободах двух своих братьев «соблюдать слободы его» и уставивши ясак, т.е. дани и пошлины, Ахмат вернулся к Ногаю. Тогда князь Святослав липецкий, «сдумав с своими боары и з дружиною своею без Олгова совета», подстерег братьев Ахмата на дороге, убил из их свиты 25 человек русских и двух татар, но не мог захватить их самих. «Те два брата Ахмата баскака убежаша в слободу, и собравшеся слобожане и бой сътвориша с князем Святославом, и мнози от обоих избиени быша». Однако бороться прошв князя, его бояр и дружины слобожане все же не могли: весной 1285 г. оба брата Ахматовы и «слобожаны» побежали к Курску. «Наутрие же в понедельник и прочии слобожане вси избежаша, и возставше млъва и брань велика». Святослав убил посла баскака Ахмата, отправленного к нему для переговоров. Но, повидимому, Ахмат или сами слобожане успели войти в соглашение с рыльским и воргольским князем Олегом. Последний, вернувшись из Орды, не одобрил действий своего родича и с помощью татар Телебуги убил его. Занявший Липецкое княжение брат Святослава Александр, в свою очередь, убил Олега рыльского и воргольского с его детьми, но слободки Ахмата, повидимому, уже не были восстановлены: по крайней мере мы о них более ничего не знаем . Для нас важно отметить, что в данном случае слобожане ради сохранения своих льгот не останавливались даже перед тем, чтобы искать поддержки у татар.

Повесть об этих двух русских слободах и об их борьбе с князьями и боярами, к сожалению, единственная, случайно сохранившаяся в Никоновском своде. Других примеров мы не имеем, но не потому, что их не было, а потому, что этой темы не любили ни летописцы, ни их читатели. «Многа убо и велика сиа повесть, но множества ради оставлена бысть», заканчивает свой очерк истории курских слобод летописец: сможет бо и малая сиа повесть человеку, ум имущему, плачь и слезы сътворити». 

Latest Month

Январь 2018
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Метки

Разработано LiveJournal.com
Designed by chasethestars